Стихи Леонида Немцева

Стихи на 17 февраля 2026 

Мне страннику неловок светлый зал

Теперь сужу – незаменимы стужи

Учитель мой который предсказал

Давно уж этот мой приход на ужин

Желал возможно большего чем зла

Он мне не мог дарить пустое счастье

Огня ручного росплеск и разлад

Но обещал он смерть мою украсить

Последними ответами пещер

Высоким мрамором и ясностью созвездий

И чтобы свет струился ярко-сер

Милей закатов ночи бесполезней

1990

Я чай поставил остывать

И увлекая пар послушный

За книгой жадно потянулся

Но остерегся открывать

Приют родных повествований

О анфилады тайников

Где разуму на сто шагов

В избытке разочарований

Ронсар уходит есть к ручью

В траве пристроив абрикосы

С моей сестрой простоволосой

Клубнику делит на ничью

(Древесное искусство статуй)

Она примчит ко мне оттуда

Чтоб указать скольженье чуда

От сока пальцем розоватым

Чтоб в сложном облаке сокрыться

И тени и большой извив

В подробной муке повторив

За ним двоясь остановиться

В лохмотья розы облачась

Расти над омертвелым сгустком

В исписанном же стержне узком

Словесную заменит мазь

Все поручу я Коридону[1]

Который ларов перенес

Туда – ни пустоты ни слез

Жилье по твоему закону

На выбор мыслимой гробницы

Есть дар что знаки изучает

Как педантичный англичанин

Решив за океан пуститься

Томов излюбленных тростей

Приятный памятный багаж

Задолго будет слать пока ж

Сам не пристроится в хвосте

Перечисленьем рукописным

Редчайших крох правдивых тайн

Я увлечен давно но та ль

Взыскательная даль нависла?

И может быть что обойдусь

Иль жалкой соблазнясь наживкой

Забывчивости ли фальшивке

Прибыв смертельно ужаснусь 

5 марта 1997

16 августа 2008 

Когда новым замыслом слово разбрезжится

И в дождь соберутся родные как странники

Тогда без клеенки задышит столешница

А капля раздумает бить в умывальнике

Вода за верандой начнет с расширения

Оврага к большому прибытию времени

Почти разлучая мечту с поражением

Начнет выпускать из тяжелого темени

Как парусники по невиданной свежести

Слова без тревоги без цели без навыка

Просеет бесцветной штриховкою нежности

Весь сад задевая лишь спелое яблоко

Ты август хороший ты здесь остановишься

Железо встряхнется послышатся с улицы

Собаки что бродят и в дождь как безумицы

Не так ли и ты все расслышать готовишься?

Зачем нам чутье временной неподвижности

Цикады в жасмине птенцы в винограднике

И все что звучит и сияет поблизости

Зачем собираем в разнеженной панике?

Не будет ли дождь переметными пальцами

Лилейники вечно тревожить под грушами

Не будет ли время исправлено в памяти

И все драгоценные речи дослушаны?

Мы в раю 

Мы в раю если рай это сумма дерев

(Возраст многих трехзначен)

И решительных птиц что представятся нам не иначе

Как в листве замерев

Их не тронул обман будто мы из фламандцев

Всё теснящих в багет

Любознательный взгляд сам похож на портрет

Если с ним повстречаться

Сквозняки то с грибным ароматом то волжским

Пятна света качают

Мы под ними мечтаем пройти со своими ключами

По прохладным дорожкам

Здесь никак не удастся проникнуться мертвым и страшным

Или ленью музейной

В рай шагают как только открылась лазейка

В раскисающей пашне

Наша сумма тревог посреди эфемерных одолженных хижин

И сорочьего рынка -

Застревает на избранном дне как пластинка

Под иглой неподвижной

Но не скажем: заело сейчас подойду и легко я

Время дальше столкну

- Навсегда продлеваем годину одну

Неземного покоя 

16 августа 2011. Студеный Овраг

Новость 

Есть пустота куда кидаешь вещь

И мысль о ней и след её – в ответ

Другая в мире новом неизменном

А с нею пыль как дух воспоминанья

Да пыль нова! Когда бы старина

Одна досталась нам и ветхость тлела

По эту сторону то вышел бы конвейер

Новинок – а не вечная помойка

Отстойник тайн

Но потому и рай

Не всем понятен что его рисуют

С иголочки и по последней моде

А новое новей того что ново

В известном мире Новое опрятней

Неношеней чем здешние обновки 

13 марта 2016

Снег 

Вот оно – это новое завтра. Надеюсь, вам свежо от его белизны.

Ведь теперь выпал снег, с которым как-то веселее,

голова ясна и прозрачны сны.

Аполлинер говорил, что это пух ангелов,

которые теперь щеголяют в новых нарядах.

Даже если немного холодно,

этот мир стал просторнее и не стесняется нашего взгляда.

Так посмотрим на него, посмотрим на этот мир,

который так ждет нашего вниманья!

Он перестилает постель, он сдувает пыль с парадного мундира,

и затаив дыханье,

ждет нашего пробужденья, будто мы не в гостях,

будто смывают патину с нашего собственного дома.

И мы просыпаемся и говорим: это дом наш, он совершенно нов,

хотя всё в нём знакомо.

Просто этот дом преображён чистотой,

и мы ещё не успели её испачкать.

- Мир, у которого мы в гостях, ведет себя

как аккуратный маляр и как бережная прачка.

Но ещё он садовник, и когда мы устанем от света и вспомним,

что здесь не всегда обитаем,

он украсится радугами и цветами

ради сходства с нашим подлинным краем. 

3 декабря 2013

ПРОЗРАЧНЫЕ СТЕКЛА 

Фавн

А фав­на в ор­ке­ст­ро­вом тро­ст­ни­ке

Я за ру­ку схва­тил Дер­жа­лись лю­ди

На бе­ре­гу уны­лом вда­ле­ке

И го­ри­зонт скво­зил по их по­су­де

И раз­ре­зал уз­деч­ки в та­бу­нах

Что хлад­но­кро­вья лат­но­го боя­лись

Для же­лу­дей бы­ла со мной су­ма

В нее – сви­рель что взял у из­ва­я­нья

Иг­ру­шеч­ной тро­стин­кой дет­ской тай­ной

Те­перь сми­ряю кле­кот му­зы­каль­ный

Под пан­ци­рем сво­им Рыв­ка­ми рос

Тро­ст­ник и бо­ро­да­тым под­бо­род­ком

Ука­зы­вал на елоч­ки стре­коз

Рас­кла­ды­ва­ли чаш­ки по ко­роб­кам

Дро­жа­щи­ми ру­ка­ми лю­ди Вро­вень

С за­ка­том их ве­ли под ве­ки кро­вель

Ус­та­лость свет­лая лю­бовь их по­гре­муш­ка

Я вслу­ши­вал­ся в ста­рые ти­ра­ды

Как раз­ветв­лен­ной стра­сти ста­рый служ­ка

И ли­стья лом­кие дер­жал как сын дриа­ды

28 фев­ра­ля 1993  

Астроном Су-Хуэй был другом детства императора ***, покровителя фокусников, гадателей и жестокого тирана. Императора беспокоили кое-какие воспоминания молодости, и он постарался избавиться от нескольких друзей, с кем вырос. Среди них и астроном Су-Хуэй, занимавшийся поэзией, музыкой и наукой. Известно, что когда он писал письмо императору, его ужалило насекомое, и на свиток попала капелька крови. Через несколько дней Су-Хуэй переписывал письмо, когда получил жестокий приказ императора. Второй свиток оказался безнадежно испорчен.

СУ-ХУ­ЭЙ ИМ­ПЕ­РА­ТО­РУ 

Про­слы­шав о тво­ем хва­ле­ном ма­ге

Я как бы сра­зу об­ре­таю по­вод

Не до­ве­рять сво­их удач бу­ма­ге

(Над ко­лоб­ком из ри­са вьет­ся овод

И так по­пал в стро­ку по­рвав пре­по­ну)

Но пом­ню – кал­ли­гра­фии обу­чен

Ты лю­бишь при­но­ся­щих столь­ко зво­ну

Столб­цы мо­их крюч­ков и за­ко­рю­чин

Мне о те­бе все­гда при­ят­ны вес­ти

То вла­ст­ность вы­ка­жешь не то по­да­ришь ми­лость

Но го­во­рят ты при­стра­стил­ся к лес­ти

Твоя звез­да не­мно­го за­му­ти­лась

Не огор­чай­ся (овод бли­же к кис­ти

Я рас­ти­раю тушь на ка­п­ле ту­та)

Пла­не­ты нам бла­го­при­ят­ны Ис­тин

Не бой­ся и не слу­шай баб и плу­та

Шлю сэ те­бе Пре­крас­ная ра­бо­та

Звук упои­тель­ный весь обер­нешь­ся слу­хом

Но – гу­бит лют­ню В чем-то чи­ще но­та

(На­ха­ла под­толк­нул и ви­жу брю­хо)

Хо­ро­ший мой люб­лю те­бя и пла­чу

Как вспом­ню – ты еще юнец на­след­ник

Мы пьем ви­но сла­га­ем нау­да­чу

Наш плот ко­лы­шет­ся от­све­ты звезд по­след­них

На дне пру­да (Ах Он ме­ня ужа­лил

Хо­тел пе­ре­вер­нуть его не­воль­но…

Да силь­но! Кро­ви все ж не из­бе­жа­ли

Два ие­рог­ли­фа Про­дол­жу поз­же Боль­но)…

Сентябрь 1994

НА­СТАВ­НИК ПА­ЖА 

Ко­гда уз­на­ешь что жи­вешь (а это не все­гда)

И бу­дет все к то­му – ко­пье и гор­ная гря­да

И не Гра­аль нет не Гра­аль а толь­ко креп­кий щит

Он ни­че­го не бе­ре­жет но ве­ру за­щи­тит

                    Не то­ро­пись не за­ми­рай

                    От­кры­тье та­ко­во

                    Сре­ди впи­ваю­щих­ся в край

                    На­хо­дишь од­но­го

И этот нек­то го­во­рит от­тал­ки­вая шлем

Он рас­су­ди­те­лен а ты от удив­ле­нья нем

Как Ри­чард от­пус­ка­ет гнев и по­ки­да­ет плен

                    Нет ни­че­го ни­где ни­где

                    Иди те­перь за ним

                    Он оди­нок и конь в уз­де

                    Ты слух и зре­нье с ним

Щит ни­че­го не бе­ре­жет на нем руб­цы от стрел

Но сле­зы всем вид­ны и всем дос­ту­пен влаж­ный мел

Ко­гда бе­рут­ся ри­со­вать все кис­ти их в род­ст­ве

На егип­тян­ке пур­пур дождь и не­бо в си­не­ве

То­го он пи­шет кем лю­бим и по­то­му то­гда

Вку­ша­ет от бла­гих цве­тов не про­буя пло­да

Лето 1995

Листопад 

В час утренний я выбежал на воздух

Дарилось опозданье мне чтоб замереть

Перед осенним знаком Холод слёзный

Погнал других и в их летящих позах

Хранилось удивленье от мороза

Им в уши дула огорчительная медь

Осина всё ещё была одета

Но розовое золото рассвета

Текло чтоб в тяжесть каждый лист одеть

И каждый лист изогнут был в скорлупку

По одному метало их на тротуар

Приделать бы ещё трубу и рубку

Не плыл бы лист отягощенный крупным

И нежным инеем и лужи очерк ртутный

Уже был чёрств он корабля не принимал

И я не двигался чтоб драгоценный хруст

Не походил на смертный крик из уст

Весь угол дома златом оплывал

Сходя в разряд безжизненных изделий

Тонули листья в воздухе и мне казалось

Что ни асфальт ни почва не посмели

Паденье их остановить Не те ли

Минуты шли когда стоишь в метели

Не снега а беспамятства и малость

Рассудка не справлялась с этим знаком

Я оглянулся – в небе над бараком

По-прежнему лишь золото рождалось

Вокруг всё было собрано в поклажи

Уже готовые чтобы могли их унести

И листья продолжали плыть На страже

Лишь я стоял и всё-таки куда же

Они собрались? В бездну как миражи

Шли ветви окна каменный настил

Покрытый инеем антенны кровля крыш

А ты – подумал я – на чём стоишь

Когда важнейшее уходит из светил?

Знак осени ты значишь слишком много

Ты милуешь а это приговор

Тому что мукой нам грозит итога

И мир уходит щедростью растроган

Настолько ярко и настолько долго

Что хватит времени чтоб с этих самых пор

Его восстановить по знакам милым

Вернуть дома и дерево и силы

Чтобы идти с толпой на светофор 

11.11.11 

ЗОЛОТО ЗЛОСТИ 

Сонет

Глумливое село плодится

И желторотые хотят

Отведать жалости сторицей

И в сумрак поведут ягнят

Потом их кости умилят

Но где мы сможем заблудиться?

Там чудный лес здесь злые лица

И неба опалённый сад

Так настоящий мир забыт

Что не понять в чём жизнь повинна

Приговорён мечтатель к ней

- Дышать среди оглохших плит

Теней ветвистых паутиной

И пылью утренних дождей

24.08.04

Вос­крес­ный парк 

I.

У птиц плы­ву­щих в ра­би­це по­ну­рой

(У чьих стол­бов как буд­то по кис­те)

С пле­ре­зой тон­кой кры­лья лап­кой бу­рой

Они ше­ве­лят мед­лен­но в во­де

И в сто­ро­ну тол­пы плы­вут по­кор­но

Пу­га­ясь в них ле­тя­ще­го поп­кор­на

Вдоль ка­фе­те­ри­ев де­тей раз­во­зит по­ни

По мно­го­то­чью соб­ст­вен­ных ком­ков

В них как-то со­бра­лось не­мно­го во­ни

От че­ло­ве­че­ских ла­до­ней и кус­ков

Рас­са­жи­ва­ют де­во­чек в ва­го­не

Сед­ло у по­ни в ви­де ле­пе­ст­ков

Ло­шад­ка скорбная легко сто­ит на мес­те

Ей чья-то мать су­ёт со­сис­ку в тес­те

Дорожки русые воздушного песка

На лестнице и плитах у фонтана

В них брызги множатся еще скулит тоска

Детей зачем же их уводят рано

Находит дождь лопатку в лепестках

Шиповника а за скамьёй замечен

Как труп ужасный очерк человечий

30 ок­тяб­ря 2001

II.

Гниенье вязнет в тверди желудиной

Презрению неловко разгрызать

Податливую злобу пластилина

Дитя умеет думать и мечтать

Как вдруг неряшливая дергает за ручку

Мамаша нежность передав как взбучку

Разодранный но не пустой пакет -

Находка нищего когда проходит мимо

Выпячивая груди мой сосед

Его душа нашла пример кичливо

Взмывать немного выше этих бед

Свою я никогда не совлеку

С высот сияющих делить мою тоску

30 октября 01 

***
Было б тебе не до нас пустота но тебя раздирают вершины

Между сердцами тебя разрезают тончайшие жилы

Вены тебя наполняют какой-нибудь терпишь урон

Хочется плакать над каждым наследником

твоих бесконечных корон

Ты не подскажешь как же с тобой обходиться

Наши минуты дряхлеют быстрее чем что-то смогло измениться

Снова величье даётся как жребий тяжёлый

Может и правда пора помечтать о чертоге сражённых

Где этот кран этот шлюз эта щель откуда тебя заполняя

Ринется свет выбирая сердца наши слёзы глотая?

8 ноября 02 

Гля­ди как по­лон этот край а я бо­юсь гля­деть

Ими дав­но тем­но­та жи­ва моя ютит­ся клеть

При­вле­кая ноч­ниц и жу­ков а пут­ни­ков не со­блаз­нив

Ее ос­ве­ща­ют уголь и сквоз­няк что то­нок и гор­де­лив

Уголь и сквоз­няк что ве­дут жизнь свою как речь

Пля­шет зо­ла от этих слов де­ре­во ис­кры ме­чет

Я знаю огонь что не жа­лит ла­донь и знаю огонь что гры­зет

Из­да­ле­ка из-за тём­ных лет и да­же силь­нее в этот год

Мно­го тех близ­ких глаз ко­то­ры­ми свет не про­честь

Ко­то­ры­ми смот­рит сам огонь сго­ра­ет в них весть

В этих гла­зах ни­что не мол­чит и мно­го их как зве­рей

Слу­шай их слу­шай мой бо­лен слух и сам се­бе ду­ет в сви­рель

26 де­каб­ря 99 

Они не зна­ют язы­ка по­сколь­ку ни­ко­гда

Не ве­рят что за­го­во­рят Их ме­да про­сто­та

И ут­ро ед­кое как дар не за­гус­те­ют в свет

В болт­ли­вой по­рос­ли где слу­ха буд­то нет

Тень ма­ля­рий­ная дро­жит по трав­ным стре­лам

По шер­ст­ке ка­мы­ша и по ки­ра­сам зре­лым

Ду­бов Вся па­то­ка бес­си­лия гус­то­го

Со­глас­на впи­ты­вать ис­па­ри­ну бы­ло­го

Глу­мить­ся и в се­бе се­бя стес­няя бо­лью

Сви­де­тель­ст­ву­ет ти­хо­му за­сто­лью

Ин­сек­тов о го­то­вом блю­де ве­ка

- Ру­ка моя най­ди ки­фа­ру гре­ка

Не там вне вре­ме­ни где все а в серд­це пол­ном

Чьим на­все­гда ид­ти под­вод­ным вол­нам

От неж­ной сис­то­лы И ме­ж­ду струн до­куч­ных

Сни­ми пес­чин­ки радости без­звуч­ной

10 ав­гу­ста 97 

ПИСЬМО 

Ты с неж­ной муд­ро­стью ко­ло­ла

Се­бя ду­ша об их ши­пы

Но коль­ца го­лые гла­го­лов

И мыс­лей шер­стя­ные лбы

Ка­за­лись нам жи­вым по­дар­ком

Жу­ком-оле­нем в ко­роб­ке

И шут­ку глу­пую нам жал­ко

Держать в копышливом силке

Мне мож­но ми­лая Се­ле­на

Хо­дить ко­рой шер­ша­вых дней

Где со­ка ядо­ви­та пе­на

И шляп­ки со­дра­ны гвоз­дей

И зна­ешь так по­рой при­чуд­лив

Ход ко­рое­да в тес­но­те

Ко­гда ли­чин­ка пасть при­пуд­рив

Те­бя тол­ка­ет в тем­но­те

Ты не за­бу­дешь? умо­ляю

Не на­до в эти лбы вни­кать

Про­зрач­ная в си­я­ньи мая

Не взду­май свет свой по­ки­дать

И вся моя на­де­ж­да та лишь

Что твой по­кой к земле жес­ток

И ни­че­го ты не чи­та­ешь

Из трес­нув­ших дре­вес­ных строк

1 мар­та 2002

ОРФЕЙ

Вет­ви уже чер­ны си­нё и чис­то сне­гу

Мой под­лин­ник ок­на не по­до­шел раз­бе­гу

Цвет­но­го ве­че­ра И с си­не­вой тво­ре­нья

Я чую чер­но­ту в пле­чах вис­ках ко­ле­нях

Во­рон не­про­ше­ных ка­ча­ют­ся ноч­ле­ги

Чер­ни­лам вы­сы­хать и ожи­дань­ям не­ким

До­тро­нусь до две­ри до книг сво­их тя­же­лых

Все из на­деж­ных стен и вдруг дву­цвет­ный вспо­лох

Та­ив­ший­ся как те гла­за зверь­ка до встре­чи

С опас­но­стью тво­ей с тво­ей ко­ря­вой ре­чью

Но ти­хо! и мол­чат - ты го­во­ри как мо­жешь

Ведь бла­го­звуч­но все под лег­кой этой ко­жей

13 но­яб­ря 97

СКВОЗ­НАЯ ГА­ЛЕ­РЕЯ 

Я две­ри от­во­рил вос­тор­гу сво­ему

И до­ве­ряя тем кто вы­вел ста­ри­ну

Свои­ми ли­ка­ми и жес­та­ми и го­рем

- О гром­кие са­ды зна­ко­мя­щие с мо­рем

Что твердь не­ис­то­ва ка­кое не­ра­зу­мье

Во всем по­слу­шен им я про­шеп­тал ла­зу­ри

- За­чем? Вот мой во­прос Про­све­чен­ных пред­ме­тов

Ты на­се­ля­ешь суть сгу­щая свет при этом

До не­пре­рыв­ных снов И твой от­вет бес­край­ний

Не по­ве­дет ме­ня по ис­крив­лен­ной гра­ни

Си­я­нью твое­му не нуж­но слеп­ков влаж­ных

- Но пе­ред яс­ным днем в ок­но вле­та­ет браж­ник

Не уло­жить су­дом бес­сон­ный улей

Его не тро­нув труд ку­сая вскользь и вту­не

19 но­яб­ря 97

Ласковый взгляд Минотавра

Поэт дожидается ветоши темной

Погасшего света старенья цветка

Лишь жилы растущие в плоти счастливой

И тени под солнечным днём суетливы

Все связаны тени

Нитью из одного клубка

Кто счастлив тот хочет молчать и стыдиться

Как бабочка взгляд будто ранить боится

На счастье нет знака и тайная спица

Ему не связала свой знак водяной

Где сеть что сбирает подводные знаки?

Под свежей корой любознательный факел

Плюётся решительно едкой смолой

И взгляд-лабиринт образцово сработан

Он строит ходы и стоит по субботам

И мутен от света за горе труда

Он ставил хорошие мокрые стены

Дедал в них вмурован и будут всегда

Казаться проходом надлом и измена

Но только насквозь мы проходим туда

Насквозь потому что теней мастерица

Водой обтекает и камень и ложь

Но нет возвращенья и нить не годится

Сознание режет как масляный нож

Октябрь, 2002 

Одна работа здесь – побега избегать

Повсюду гнать тоску но жить в её наделе

Расшвыривать свой глад куда могу достать

И хлебом дальних скал кормиться чтоб не смели

Меня вместить в меня Случись что целиком

Истлеет мир частей то разобрать не в силах

Никто живучий ком с немолчным языком

Хватитесь языка в его мирах незримых

Наш смысл был разделён на тысячи хлебов

Но всякий точный перст лишь на себя укажет

Одна работа здесь – не избегать зубов

Жующих пустоту чей клад был честно нажит

Всё благо – открывать пустоты видеть вмиг

Открытый лабиринт крюк не находит края

Когда набьетесь вы в единственный тупик

Из бездны выходов всю помощь посылая  

7.11.2002

***

Меня всегда звала душа

С отважным легким настояньем

В прозрачный невесомый шар

За верным и счастливым знаньем

Назад сбегаю я как зверь

Ища живую Беатриче

Но память цепко держит мель

И груз её взлетает птичий

И то что думал я – дары

И все богатые подарки

Становятся песком сырым

И подношенья будут жалки

14.11.02. 

Орфей 

Ты знаешь как в пустоты попадают

Мечтатели идущие в себе

С них струпья одиночества свисают

Их пеших объезжают на арбе

Подумать как глубок колодец слов

Ныркам невежд не дорогой улов

Царь покровитель смыслов плодотворных

Лишь проходимец для толпы придворных

Нет ничего точней и ярче жеста

Глухонемого Не для слов а вместо

Поэт живёт в гармонии и словом

Пугает хаос бывший лучшим кровом

Неся законы времени с собою

Он растворяет боль как соль в воде

Но ждущих помощи обходит стороною

Поскольку помощь чувствует везде

Он как ребенок тешится с хвалою

Поставит на колеса сложит дом

И называет вымысел трудом

И мир повсюду водит на узде

А пустота изводит глубиною

4.09.2003

След Орфея 

Раскалывая, как орехи,

В загадки входит узкий ум,

И под себя разжав прорехи,

Плывет к развалинам Колумб.

Но поэтическая нежность

Всё бережет и неизбежно

Задеть боится лист и гроздь,

И ходит, как мечта, - насквозь.

Существование поэта –

Невнятный поиск без ответа.

Он вечно от себя бежит,

А пустота в нем так и стонет,

И льется мир, что солнцем сыт,

Как жгучая вода на склоне.

Уход твой полон завихрений.

Куда сбегаешь ты, поэт,

Разлив мгновенный рост растений?

Дожди и джунгли – вот твой след.

23 января 08

Так тихо и может быть тише всего

Не строго как бережное назиданье

За ночными огнями стоящие горы

Вот тело и начинает гудеть как рупор

Ради немыслимого перевода

А сложиться ли знать не знаешь

Будто нас подбирают слетевшие листья

Будто признает нас проросшее живое

Будто ждет чего-то под ногами

Какая-то съедобная пена

Начнем же

С дрожи с укола с замирания сердца

И либо высота будет сразу

И все в неё просияет

Либо что здесь ещё не было важно

Знай себе люби любое

Стынь на горячем ветру

Обращенному на сердце

И не бойся прилежанья

Даже если его осудили

Разве они заранее знают? 

30 декабря 2009

Прощание 

Внутри – в укрытии стеклянном

Дождит бесшумно и текут

Кривые струи с каплей пьяной

Какая сушь творилась тут

Что столько в памяти изъянов

Пустись во мне в кружной поход

О изучительная капля

Мне мало выпало и вот

Он мой родной прозрачный сот

В нем каждый угол сглажен паклей

Пылающей что Камелот

Из каждой трещины небесной

Медовый голубой поток

Бегущего стыда наместник

Я тоже не совсем жесток

С сердечной плесневелой песней

На сваях гордые дома

Мой брошен как обрубок боком

О сколько раз я в нем ломал

Углы в неведеньи жестоком

Сухие щели заливал

Тягучим смоляным потоком

Доверю ль непрерывным строкам

Прощальный бесконечный вал

Прощай земля В пологой качке

Теченья твёрдая стрела

Несёт и убирайся тьма

Ты как посуда со стола

Слетаешь с сердца но в горячке

Не сердце а его дела

Прощай всё что я мнил родным

Я на чужбине не останусь

И навалясь на мокрый парус

Сбегаю в глубину как сын

Блуждающий вдали глубин

Одним желаньем нам под ноги

Подходит почва той дороги

Которая скользит в овраг

А дальше мы взлетаем так

Что лес качается как дроги

Прощай непроводящий шаг

Прощай ты не коснулось сердца

Несчастье – ты разорвало

Кровавых облаков пятно

Нас горе лечит и согреться

Благим унынием дано

Куда ручному счастью деться?

Ты помнишь, сердце, нам казалось

Что мы врастаем в их полёт -

Птиц с кружевом хвостов - и вот

Под нами бездна отыскалась

И мы не падаем Лишь пот

Летит туда как дождь с высот

6 июня 2003 

ДЕРЗОСТЬ ДЕТСТВА

Покой 

Я и не думал присягать

Слетела детская порфира

И как-то покатилась вспять

Начну пред старостью петлять

Разыгрывая дезертира

Казалось нам сквозь стук наград

Что взрослость – лишь плохой вербовщик

На карнавал похож парад

Как при тиране каждый рад

Приказу быть смелей и проще

Но только детство отстаёт

Заигрывается по паркам

Среди своих песчаных сот

И лето там наоборот

В меду утапливает прялку

Меня кварталы узнают

Как будто я в мундире взрослых

И там где должен быть приют

Горит передовой редут

Теперь разыгрываться поздно

Силком домой не поведут

12 июля 04

По­ход 

В пер­вый раз хоть бре­ду я как пре­ж­де пеш­ком

Я без гру­сти сле­жу за ле­тя­щим снеж­ком

Де­ти каш­ля­ют сме­хом от­важ­ным

Ни­ку­да не де­ва­ет­ся жа­ж­да

Тень гар­цу­ет в тро­фе­ях тос­ки

Жа­ж­да здесь то­по­ля вы­со­ки

Всю зи­му бол­та­лись на них ко­шель­ки

Это прось­ба о жад­ном на­пе­ве силь­фид

Что за­пом­нить лег­ко толь­ко серд­це ки­пит

О при­зва­нии от­вое­вать ко­лы­бель

Что­бы сно­ва ле­жать в ней и слу­шать ме­тель

О про­точ­ном сия­нии гла­за на­де­ж­да

Что тол­ка­ет моё от­ра­же­нье не ре­же

Чем на­стой­чи­во жа­лоб­но пьёт

На­до мной су­хие мош­ны дос­та­ёт

Ве­тер Их на со­всем по­чер­нев­шие кро­хи

Рас­сы­па­ет Не так уж де­ла мои пло­хи

Толь­ко в серд­це же­лез­ные бло­хи

Из ка­ко­го по­хо­да вер­ну­лось ды­ха­нье

Ес­ли воз­ду­ха мно­го? Хру­стя за­сы­ха­ет

Си­не­ва­тая сля­коть и бе­лые сте­ны

Гнут де­ре­вья вби­рая их вет­ви как ве­ны

Про­хо­жу су­ма­сшед­ше­го ма­му с ко­ля­ской

Как хо­рош све­жий снег за­тя­нув­ший как ряс­ка

Зем­лю что на­ча­ла зе­ле­неть

По­то­му что и так пах­нет мё­дом и ти­ной

Мне ры­ча­ние львов ста­ло пес­ней ста­рин­ной

При­зы­вая в по­ход вме­сте с ве­рою льви­ной

Серд­це став­шее слад­ко со­петь

28 мар­та 01 

До лучшей державы с ребёнком-царём

В испуганном бегстве мы всё же дойдём

В объятьях оранжевых львов и медведей

До самой блаженной столицы доедем

Где всё настоящее мир говорящий

Шевелит беспамятных щупает спящих

И как-то случится такое спасенье

Что весело будет любое движенье

Ныряющих листьев древесных косиц

Ленивых дождей любопытных лисиц

И если потопает память куда-то

Сюда не пройдёт – слишком дверь маловата

10 октябрь 03 

Птицы 

I.

Когда бы мне сдался свидетель

Тому как вязался без петель

Счастливой тюрьмы вертоград

Где чащей бесплодной стоят

Холодные вязы в их вязи

Таятся вьюрки и свиязи

Её я не звал распускать

Всю эту воздушную скатерть

С которой кормилась тоска

И в мутный граненый мой кратер

То желудь слетал то листок

Да иволги рядом кусались

Они до зари распевались

И прыгали по сухарям

Да мох приближался к дверям

И фыркали или шипели

Бесстрашные птицы у двери

Меж заплесневелых краюх

Всё время разгуливал пух

Такое сказаться просилось…

И будто бы высшая милость

В твоем переходе сюда

Где трудно решить без стыда

Какая мечта нас пугает

Ведь может быть поступь другая

Смахнет их что крошки что дым

Привыкли когда я один

Смешно говорить равнодушью

Не пачкай меня – будет лучше

Когда ты чуть-чуть отойдёшь

Мне кажется лес этот сплошь

Набит шевеленьем дыханьем

Но больше всего убегая

Хотелось в тот голос который

Давно перестал быть затвором

И выпустил из западни

Чеканные трели - «тлю-и»

И дудочку ржанки разумной

Не дикость не грязь только суммы

Оставленных брошенных благ

Мне счастье моё интересно

Кому же та чудная песня

Которую слышу и так

Раз птиц прогонять не умею

Так пусть мне царапают шею

Как коготь в одежде завяз

Как будто она посылает

Все эти пугливые стаи

В капель защищая и в грязь^[2]

Где скрадывал дождь у страданья

Сухое его полыханье

Там птицам хотелось стеречь

Насесты опущенных плеч

Толкаясь пытаясь на локоть

Могли через шею потопать

И за ухом радовать пухом

К царапинам и оплеухам

Упругие тыча крыла

Когтями ключицы нащупав

Бояться меня будет глупо

Вальдшнепам и перепелам

15 окт. 04

II.

Фонарик лучом поддевает листву

Выкраивай отсвет волшебный повсюду

На ряске тучнеющей берегом пруда

И с мокрого дуба сгоняя сову

Ты солнцем карманным преследуешь чудо

Под яблоней звякнет – осталась посуда

И вкрадчиво кто-то удрал по столу

Все кажется сад оживёт на свету

Его пробуждает любое вниманье

Вот лопнуло яблоко желудь в стакане

Зачем же живое бежит в темноту?

Когда любопытство ведет на аркане

Петля растекается – всюду мельканье

Побега – условиться невмоготу

Вокруг пустоты мы живая осада

И радует взгляд отвоеванный край

Она беззащитна ни башен ни свай

Зато перед нею мельчает награда

Живыми вещами её заполняй

Всё будет как мусор побед ей не надо

Оружье я выключил кнопкой скользящей

Со мной примиряется мрак и вокруг

Сгущается холод извилистый ящер

На всё указующий всюду следящий

Пустой и жестокий во время разлук

Но четким узором из мрака стоящий

И жизнь собирающий к радости вящей

Рассудка рожденного через испуг

16 окт. 04 

Свете тихий 

Откуда свет изошел чувства и нас создавший

Там света нет – всюду но не в истоке

Лань что легла под солнце больше впитает замшей

Чем есть внутри у солнца вызревшего в потоке

Хочется думать – там золотым запасом

Сложено наше счастье на будущие свершенья

Мелочь в живом обороте бьет лимонадным газом

По всем носам вожделеющим в нетерпенье

Чья-то надежда рвётся с цепи ощерясь

Мало стегать её лаской лучей и бликов

Дарят же от избытка – так всюду клокочет ересь

Выломать двери и вытрясти в мир великий

Клад – разметать повсюду живую залежь

И не туда ли сразу когда взмываешь?

Солнце ты строишь душу мою иначе

Воздух прядешь и в коре прорезаешь лучший

Путь для своих течений и в землю прячешь

Себя на всю глубину даже там где глуше

Тюрьмы где слепые скаты ползут из впадин

Сердце шевелит им свет что не весь обкраден 

19 марта 17 

Ирисы 

Их небрежность дымится и над

Осторожной стрелой но раскрыта

Как туники бегущих менад

Застывающие лазуритом

Этот шёлк непрозрачен для тех

Кто подходит к штриховке ограды

Но неслышно сквозит в темноте

Как ожившие тайно менады

Был покров этот сброшен для нас

На рассвете в момент их рожденья

Он теперь оседающий газ

Им почти обездвижено время

Любованию так невдомёк

Где преследовать высшую негу

Миг – и нет их – лишь легкий намёк

Всю неделю наполнен побегом 

1 июня 15 

Ночное небо 

О чем же я его просил

Когда тянул веретено

Для памяти если не хватит сил

Напомнит мне оно

О небо небо что везде

И даже у закрытых век

Есть вид скользящий по воде

Его не ограничен век

Мы небо помним наизусть

И поэтому из земли

К нему прорастает наша грусть

Куда бы мы не ушли

Загадка жизни лесной орех

Что осенью упадёт

И есть ответ что не спрятан от всех

Что любому слуху поёт

И лишь бы этот слух не погас

Как и жажда ожиданья

Ведь всё что ушло далеко от нас

Не дальше небесной дали

И эта даль не так далека

Как думают те кто устал

Им надо вспомнить как жизнь легка

Как полон их грусти провал 

27 июля 15 

Последняя сирвента Бертрана де Борна 

В мирный век и в краю одряхлевшем от мира

Видел я разложенье земного мерила

Как скрижалью мешали горох в казане

Время часто секлось на обрывки а вне – 

Только горло сжималось легко и тоскливо

Этой ласке себя я вверял не срывая

Ничего из плодов омертвевшего края

Только ревность его продолжала скулёж

Не далече шагнул я чем выстлана ложь

Но не мог уже слышать посулов и лая

Не спешить вдалеке от себя словно воды

Убегая в замедленном праве свободы

Всё проходит а там я сумел рассмотреть

Все волокна наш мир увязавшие в сеть

Сквозь которую многие пролиты годы

О, история! С этим ли знаньем бескрайним

Возвращаться в мой мир рассеченный на грани?

Рабство времени бешеным счетом сечёт

Утомляя наш ум на столетья вперёд

С каждым боем бича пониманье стирая

Я хочу окончательной брани со всем

Что мельчит и калечит чье крошево клемм

Мы клюём и Прокруста хваля обживаем

И как только стрясётся угроза сплошная

Мир как прежде родится всеведущ и нем 

7 окт 11

Вес неба 

Атлас ливиец испытавший первый парус

В своём фамильном океане ах ты врун

Не тяжело ли было в край цепляться

Великого стареющего неба?

И Геркулес что встал под ним как столп

Пока жонглировал ты перед ним шарами

Из золота не выяснил обмана

Небесный свод чей край вам резал пальцы -

Когда бы тяжесть нам его грозила

Квадрат Земли давно бы слился с ним

Зачем боялись смуглые брахманы

Ошибок в ритуале? Чьё-то зло

Весь космос сотрясает Будет небо

В нас всматриваться если смрад силён?!

Затем пророки государи и герои

За небом тянутся, что их великий плач

Толчками взорван новых отдалений

Нет не похоже будто небо давит

Ты знал Атлант зачем тогда висел

Всей тяжестью океаничной сини

На нежной кромке и Эол дыханьем

Тебя качал а ты носками ног

Сбивал цветы дрок вороша не смятый 

28 марта 10 

Волхв 

Жил я в пещере ровно десять лет

Не знал ни голода ни трепета ни неги –

На ярком солнце из отборных знаний

Призвал меня учитель и поведал

Мне тайну алхимического рода

Я был готов и более готов

Теперь когда её проверил свойства

И что скажу – поведал он: Не верь

Одним лишь книгам – никакого зренья

Не хватит чтоб читать их языки

Без главного несказанного света

Лишь только солнце в разуме взойдет

Тогда и древние труды тебе послужат

Сырой газетой свежих новостей

Теперь увидишь ты в каком покое

Таится мир безвредный бескорыстный

Невидимый и сколько прояснится

Бессилия в том что наделал ум

Сначала я боролся с удивленьем

Как будто ветер или вздутый парус

Меня влекли повсюду неуклонно

И в сторону ступив я не упал

В струю что корабельным боком шла

Остался в твердом разуме на тверди

Наддумной и отсюда мог смотреть

Хоть в бездну 

9 мая 10 

Молитва садовника 

Рассветная сага и длительный очерк

Шагающих птиц с золотыми носами

Ни разу не вспомнили сонный зарок

Я буду молить о дожде для петуний

И лягу к ногам пусть ревет носорог

Пусть будет какой-нибудь праздник придуман

Лелеять быть точным в подсчете цветов

Ступать по опорам – по избранным книгам

Не буду дрожать – мне подарен виток

Услышу всё лучшее вслед запустенью

И взгляд как в себя уходящий глоток

Всё примет он бережности средостенье 

22 июля 10, Пушкино 

Поэзия 

Иногда умирающий голос

С дивной волей

С верой во всё

С не своей уже силой

Или тяга прокрасться

Куда не звали

Где разговор не понятен

И другого не надо

И ещё есть радость

Будущие перебрать подарки

И один из них – голос

А другой – пониманье

Или лишняя нега

Тянется как ребенок

Ко всем другому

Не удержалась упала

Хочется быть щедрым

На то чего не попросят

И не узнать подарка

Который где-то оставил 

27 мая 10